Давид, что был по сердцу Бога,
Хоть иногда порой грешил,
Прошёл тернистую дорогу,
И стать царем он не спешил,
Хотя его пророк помазал
В цари, но долго ждал свой срок,
Сложится должен будет пазл,
Что предназначил ему Бог.
Да, он был прав в борьбе с Саулом,
Но что с того, когда вся власть
Определяется лишь стулом,
Точнее, троном. Давай слазь! -
Сказал Саулу б каждый нынче -
Теперь всяк лидера честит,
И гордым пальцем в него тычет,
И проклинает, и хулит.
Скор на суды почти что каждый
В своем невежестве слепом,
Не зная даже, как однажды
Давид молчал всё о плохом.
Его помазал Бог, а я кто? -
Твердил Давид своим друзьям,
Плодоносили много смоквы,
И много вод слил Иордан.
Когда всё гнал Саул Давида,
Преследовавши по пятам,
Ну кто такое когда видел?
Молчал Давид, страдая сам.
Вот уж и случай подвернулся
Свести с обидчиком счета,
Давид лишь только улыбнулся,
Не наказавши подлеца...
Счастлив народ, который знает,
Что лидера поставил Бог,
И хоть тот плох, но уважает,
Закон такого бережёт.
Ему Всевышний непременно
Пошлет Давида на престол,
А если хочет, кто мгновенно
Сменить царя, то проклят он.
Бог бунтарей не уважает.
Поднявшийся на бунт народ
Себя при этом исстребляет
И долго после не живёт.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Публицистика : Феноменология смеха - 2 - Михаил Пушкарский Надеюсь, что удалось достичь четкости формулировок, психологической ясности и содержательности.
В комментарии хотелось бы поделиться мыслью, которая пришла автору вдогонку, как бонус за энтузиазм.
\\\"Относительно «интеллектуального» юмора, чудачество может быть смешным лишь через инстинкт и эмоцию игрового поведения.
Но… поскольку в человеческом обществе игровое поведение – это признак цивилизации и культуры, это нормальный и необходимый жизненный (психический) тонус человека, то здесь очень важно отметить, что «игра» (эмоция игрового поведения) всегда обуславливает юмористическое восприятие, каким бы интеллектуальным и тонким оно не было. Разве что, чувство (и сам инстинкт игрового поведения) здесь находится под управлением разума, но при любой возможности явить шутку, игровое поведение растормаживается и наполняет чувство настолько, насколько юмористическая ситуация это позволяет. И это одна из главных причин, без которой объяснение юмористического феномена будет по праву оставлять ощущение неполноты.
Более того, можно добавить, что присущее «вольное чудачество» примитивного игрового поведения здесь «интеллектуализируется» в гротескную импровизацию, но также, в адекватном отношении «игры» и «разума». Например, герой одного фильма возвратился с войны и встретился с товарищем. Они, радуясь друг другу, беседуют и шутят.
– Джек! - спрашивает товарищ – ты где потерял ногу?
- Да вот – тот отвечает – утром проснулся, а её уже нет.
В данном диалоге нет умного, тонкого или искрометного юмора. Но он здесь и не обязателен. Здесь атмосфера радости встречи, где главным является духовное переживание и побочно ненавязчивое игровое поведение. А также, нежелание отвечать на данный вопрос культурно парирует его в юморе. И то, что может восприниматься нелепо и абсурдно при серьёзном отношении, будет адекватно (и даже интересно) при игровом (гротеск - это интеллектуальное чудачество)\\\".
